Искусственный завет [litres] - Вадим Юрьевич Панов

Могли. При этом точно знали, что сопротивления никто не окажет. Но не делали. Не трогали «пятно», не мешая ему обеспечивать подвластному населению минимальный уровень свободы, маленький глоток столь необходимого свежего воздуха. В подземельях Солянки обсуждали свои дела уголовники: как те, которые ещё оставались бандитами, так и пролезшие во власть и ставшие государственными деятелями; договаривались об условиях нечистые на руку чиновники; здесь искали сексуальные приключения на любой вкус или вдребезги напивались обычные люди, точно знающие, что видео и фото их «развлечений» не выставят на всеобщее обозрение. Здесь правила бал приватность.

Что же касается заведений – на любой вкус и кошелёк, каждое из них пыталось привлечь посетителей каким-то уникальным предложением, и в этом смысле бар «Rebellious Monkeys»[10] выделялся особо, поскольку гостей в нём обслуживали нейры-орангутаны, в тела которых Биокоркор имплантировала голосовые связки. И едва Лаврентий Граф уселся на высокий табурет, как возле него оказался самый крупный из них.

– Добрый вечер.

– Добрый, – ответил Лаврентий, выкладывая на стойку зажигалку и золотой портсигар. – Здесь хорошая вытяжка?

И демонстративно оглядел зал, стилизованный под затерянное в джунглях бунгало.

– Гостям здесь можно всё что угодно, даже с плохой вытяжкой, – ответил орангутан, раскачиваясь перед Графом. Верхними лапами он держался за прикрученные над стойкой направляющие, а нижними перебирал бокалы, словно пытаясь угадать, какой напиток выберет гость. – Чувствую запах отличного табака. Крутите сами?

– Не доверяю машинной вязке. Мало ли что они добавят в табак на производстве: из жадности или шутки ради.

– Прекрасно вас понимаю.

– Угостишься?

– Может, позже, пока у меня свои. – Орангутан повис на одной лапе, а во второй у него внезапно, как по волшебству, появилась зажжённая сигарета. А левой нижней он откуда-то извлёк и поставил перед гостем пепельницу. – Меня зовут Бенито.

– Очень приятно. Лаврентий. – Граф раскурил самокрутку, после чего пожал правую нижнюю лапу бармена. – Ты здесь главный?

– Совершенно верно.

– Почему решил лично меня обслужить?

– Мои помощники хорошие ребята, но иногда надоедливы.

– Все в какие-то моменты полезны, а в какие-то – надоедливы.

– Я хорошо читаю протов, – изменил показания Бенито. – И понял, что вам будет приятно пообщаться с тем, кто всем здесь заправляет.

– А вот это уже похоже на правду, – рассмеялся Граф.

У него была открытая, располагающая улыбка, словно гипнотизирующая на то, чтобы улыбнуться в ответ. И она очень подходила лицу Лаврентия: вытянутому, с высоким лбом – короткие чёрные волосы Граф зачёсывал назад и ярко выраженным подбородком. Завершали образ прямой нос, маленькие тёмные глаза и короткая бородка. Выбранная одежда: тёмная рубашка, джинсы и кеды, подчёркивала мускулистую фигуру не очень высокого, около ста восьмидесяти сантиметров, Графа.

– Стаканчик чего-нибудь?

– Плохо меня прочитал? – Лаврентий сделал вид, что удивлён вопросом: хороший бармен, да ещё умеющий «читать протов», должен предложить именно то, что сейчас хотелось гостю.

– Планировал дать вам иллюзию выбора.

– Тогда удиви меня.

– Вы пьёте только настоящее. – Бенито пыхнул сигаретой и широко улыбнулся: – Пьёте всё, но в меру, а сейчас не отказались бы от чего-нибудь крепкого.

– Что есть из настоящего?

– Самогон моего дедушки, который мы продаём под видом локального сорта виноградной водки. Всё остальное – фейк разной степени очистки и качества. Но если заинтересуетесь, я с удовольствием порекомендую приличный.

– И виски у тебя фейковый?

– Неужели вы думаете, что винокурни Шотландии способны разлить по бутылкам столько пойла, сколько его выхлёбывают в барах планеты?

– Давай самогон.

Бармен налил шот и подвинул стаканчик гостю:

– Тестовый залп за счёт заведения.

– Выпьешь со мной? За мой счёт.

– С удовольствием. – В другой нижней лапе орангутана появился такой же шот с таким же наполнением. – Твоё здоровье.

– Твоё здоровье.

Они выпили, пыхнули дымом, после чего Граф поинтересовался:

– Чем я тебе понравился?

– Ты понравился моим ребятам, а я доверяю их чутью. – Фразу Бенито произнёс с осторожностью, но, увидев, что Лаврентий второй раз подряд спокойно пропустил обращение «ты», успокоился.

– Не уходи от ответа.

– Ты его знаешь.

– Предположи, что не знаю.

– Ты – интересный гость, Лаврентий, и совсем не похож на моих обычных посетителей. Ты ведёшь себя не так, как сейчас принято, и даже говоришь не так. И ещё ты чистый прот без биочипа в голове и мне прикольно на тебя смотреть.

– Ладно, сойдёт, – принял объяснение Граф. – Твой бар?

– У меня здесь доля.

– Да ты процветаешь.

– Не жалуюсь. – Бенито оставил бутылку на стойке, но разливать по второй пока не стал. Зато достал вторую пепельницу. – Почему ты не воткнул себе биочип?

– Мама была против.

– А теперь?

– Теперь не хочу, чтобы меня пасли больше, чем уже.

– Ты скрываешься? – В голосе орангутана не прозвучало и намёка на беспокойство, лишь лёгкое любопытство: в подземельях Солянки можно было встретить кого угодно.

– Я на УДО.

– Тогда тебе точно должны были воткнуть биочип.

– Это хитрое УДО, – ответил Граф. – Считай, что меня освободили под обещание, и если я его не выполню – меня кончат.

– Вау!

– Зачем ты рассказываешь всё это первому попавшемуся нейру? – Слева от Лаврентия уселся невысокий узкоплечий урод с зеленоватой кожей и большими, навыкате, глазами. – Привет, Бенито, плесни мне того же дерьма, что и ему. – И вновь повернулся к Графу: – Меня зовут Бадаара Бард.

– Очень приятно. – Сообщать своё имя Лаврентий не стал, догадывался, что новому гостю оно известно.

– Что за обещание? – поинтересовался орангутан, выставляя и наполняя третий шот.

– Нужно трахнуть одну обезьяну.

– Тогда этот шот тоже за счёт заведения, – решил Бенито. – Не каждый день ко мне заходят настолько упоротые проты.

– Упоротый прот, – протянул Бадаара.

– Тебя это тоже касается, – кивнул ему орангутан.

– Опять бесплатный залп. – Граф вернул на стойку пустой шот. – Бенито, ты совершенно не умеешь делать бизнес.

– Зато мой бар славится и ко мне ходят.

– Можно я тебя угощу?

– Моим дерьмом?

– Прости, забыл прихватить с собой приличное бухло.

– Ну, угости. – Орангутан вновь наполнил шоты. – А насчёт обезьяны ты сказал правду?

– Ты охренел, что ли? – рассмеялся Граф.

– А то смотри, тут в соседнем заведении есть абсолютно отмороженные шимпанзе.

– Ещё пара слов, и меня вывернет на твою стойку.

– У тебя настолько буйная фантазия?

– Ты не представляешь насколько. – Лаврентий повернулся к притихшему Барду и благодушно осведомился: – Кто ты и что тебе от меня нужно?

– Пришёл на тебя посмотреть.

– Ну, хотя бы честно, – признал Граф. – Но это лишь часть ответа.

– Бадаара Бард, – повторил Бадаара Бард. – Я мозгоправ.

– Криминальный?

– Официальные мозгоправы тоже существуют, кто-то же должен ковыряться в битых чипах.

– Хороший спец?

– Один из лучших.

– В таком случае рад познакомиться, Бадаара.

– Взаимно, – кивнул Бард, отвечая на крепкое рукопожатие. – Ты именно